news-preview

Исцелить святые лики: как раскрывают тайны старинных икон

Фото: Максим Коротченко

Дата: 11 октября 2019 Место: Астрахань Автор: Людмила Кочина По материалам: astravolga.ru

Прежде, чем взяться за кисти и краски, иконописцы месяцами молились и постились. Работа идущих по их стопам реставраторов тоже сложная, длительная. Восстановление православной живописи – целый ритуал. И, завершив его, специалисты являют взорам ценителей настоящие чудеса воскрешения. Так, на трёх иконах из фонда Астраханского музея-заповедника впервые в регионе обнаружили несколько слоёв записи.

Древнее, чем кажется

На столе художника-реставратора II категории Юлии Азизовой, подобно пациенту, лежит икона «Архангел Михаил». За спиной девушки – «Богоматерь» и «Архангел Гавриил». Все три – из одного иконостаса, из деисусного чина (то есть нижнего ряда).

Датировка – XVIII век. Но вполне возможно, что работы ещё старше. Образы записывали или, как ещё говорят, поновляли до четырёх-пяти раз. Когда полностью раскроется авторская живопись – первый слой – пигменты отдадут на физико-химический анализ в один из реставрационных центров Москвы. Это, как и консультации с искусствоведами и изучение надписей, поможет определить точное время создания икон.

Архангелов и Богоматерь Юлия ведёт «параллельно». Так интереснее, да и аналогии есть возможность проводить. Если что-то непонятно на одной иконе, можно сопоставить с другими двумя.

По предварительным исследованиям уже сейчас известно, что те, кто записывал иконы, сюжет не меняли – лишь детали рисунка и характер изображения лика.

- Авторские стопы были красными, в чёрные их переделал другой художник, – показывает реставратор на Богоматерь.

А нимб архангела Михаила был золотым, причём установили это только благодаря тому, что икона неоднократно переписывалась. Под действием среды тонкий слой позолоты, скорее всего, исчез бы совсем. Завершив работу, Юлия ожидает увидеть достойную живопись классического иконописания.

Почти год у микроскопа

В руки реставратора иконы попали в аварийном состоянии, краска осыпалась и вздувалась. Самые мелкие фрагменты достигали 2 миллиметров. Их приходилось собирать, как пазлы, укладывать и укреплять рыбьим клеем и папиросной бумагой. Профилактическая заклейка делалась несколько раз.

- Несмотря на то, что верхний слой я всё равно сейчас удаляю, когда икона поступает на реставрацию, первая задача – это её законсервировать. Сделать так, чтобы она не разрушалась дальше, – поясняет Юлия.

После снятия заклейки берётся проба под микроскопом на наличие слоёв записи и их количество. И уже потом – раскрытие: постепенно, начиная с края, с безопасных участков. Лики и нимбы – наиболее ценное – трогают в последнюю очередь.

Каждый этап фотографируется и макросъёмкой, и в общем виде – для истории. Это отчёт, документ реставратора. За полгода трудов над архангелами и Богоматерью Юлия Азизова сделала тысячи снимков. Стартовав в начале 2019 года, к сентябрю она дошла до первого-второго слоя.

Остальные этапы займут ещё как минимум четыре месяца.

- Нужно проанализировать, насколько сохранен нижний слой, и укрепить его. Восполнить (тонировать) авторскую живопись. Причём в реставрации используются только обратимые материалы, то есть мы можем в любой момент их снять. Тонировать буду акварельными красками, очень тонким лёгким слоем, под цвет автора, но так, чтобы при близком рассмотрении были видны границы. Это одно из правил музейной реставрации.

И кисточкой, и скальпелем

Часто проводят параллели между реставратором и врачом.

- Пациента сначала обследуют, потом ставят диагноз, лечат. То же самое делаем мы, только с предметами искусства, – продолжает специалист.

Состояние иконы, степень её сохранности подробно описывают в реставрационном паспорте. А то, что следует дальше, метафорически можно назвать лечением.

«Лечат» древнерусскую живопись строго под контролем микроскопа, под увеличением в четыре, а то и в семь раз. Но Юлия Азизова старается не засиживаться над иконами сутками – хотя и такое случается, если процесс очень захватывает. Лучше всего – делать перерывы каждый час, иначе глаз «замылится», и можно нечаянно повредить реликвию. Главные принципы – аккуратность и терпение.

Ещё иконам делают рентген, чтобы понять, насколько сохранен нижний слой. Если авторская живопись сильно повреждена, обычно принимают решение не раскрывать её и законсервировать верхний слой. Как и у медиков, у реставраторов нет права на ошибку: плохо укрепил, неправильно подобрал растворитель – и всё, уже ничего не вернуть.

Стол Юлии заставлен всевозможными растворителями и красками, а стакан с кисточками соседствует с… контейнером, где лежат скальпели, зонды, щипцы. Вот ещё одно сходство с хирургами. Инструменты реставрации пришли из медицины. Например, над ликом архангела Михаила девушка работает с помощью глазного скальпеля. Частички красочного слоя, которые она снимает по миллиметру, невооружённым глазом не заметишь.

Штучный специалист

Почему важно «раскопать» икону до оригинального изображения, даже если не менялся сюжет? Во-первых, художественная ценность.

- Авторская живопись тоньше, она более детально проработана. Верхние слои более грубые и примитивные по цвету, – отвечает Юлия.

Во-вторых, оригинал – это материал для исследований.

- Из какого храма эти реликвии, неизвестно. Но мы можем искать по архивам. Раньше в храмах делали описи каждой иконы.

На реставратора икон Юлия Азизова училась в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете, практику проходила в Троице-Сергиевой лавре, в Музее имени Андрея Рублёва, в музее-заповеднике «Коломенское». Она уникальный специалист редкой профессии, но уезжать из региона никуда не собирается.

В фондах Астраханского музея-заповедника – десятки образцов православной живописи, за четыре года работы она отреставрировала уже 30 из них. Не ожидала, что в Астрахани так много ценностей.

- В 2018 году реставрировала икону «Боголеп Черноярский», – вспоминает Юлия. – На ней был один слой записи, изображение менялось. На одном из этапов работы по нижнему краю обнаружила фрагменты букв. Оказалось, что икона подписная, что является большой редкостью: «Писал живописец Андрей. 1808 год». Такие моменты радуют.

В первую очередь Юлия принимается за экспонаты, которые требуют срочного «лечения». Как только иконы «Архангел Михаил», «Богоматерь» и «Архангел Гавриил» окончательно «выздоровеют», музей планирует провести их презентацию.