Ян Бокщанин: «Орган очень красочный, он – целый оркестр»
Дата: 10 марта 2018 Место: Астрахань - Варшава Автор: Людмила Кочина Источник: «АиФ-Астрахань»

Ведущий концерта в Астраханской консерватории охарактеризовал исполнение органиста Яна Бокщанина как проникновенное. Ещё бы: гость из Польши – известный музыкант и видный учёный. Органу, королю инструментов, он посвящает всю свою жизнь. За его плечами – учёба в профильных вузах Варшавы и Техаса, концерты в странах Европы, Азии и Америки, компакт-диски с органной и камерной музыкой, собственная книга. Беседовали мы прямо перед выходом на сцену. Маэстро легко согласился дать интервью: «Конечно, задавайте вопросы. Десять минут – это ещё очень много».

2017.03.09_jan_bokzczhanin_1

Фото: bokszczanin.pl

На малой родине

- Ян, почему вы решили приехать на гастроли именно в Астрахань? Верно, что у вас астраханские корни?

- Здесь жили бабушка, дедушка и моя мама. А мой отец из Польши, он учился в рыбвтузе по обмену. Потом, когда мы переехали, я, может быть, раз в два года, проводил лето в Астрахани.

- Какие у вас впечатления от города?

- Я его очень-очень хорошо знаю. Концертный зал Астраханской консерватории великолепен. Астрахань изменилась в лучшую сторону. Все здания такие красивые. Я себя здесь хорошо чувствую. Это мой родной город всё-таки.

- Какую программу привезли?

- Концепция – более барочная, много обращений к хоралу, есть французская сюита. В начале – «Фуга ля минор» Баха, в конце – мендельсоновская соната.

- Вопрос как к исполнителю: люди находящиеся в зале – они вам помогают? Или, когда вы играете, вы отключаетесь от мира?

- Я полностью отключаюсь. Ничто не может мне помешать. Даже если за окнами будет слышен стук колёс поезда. Всё – меня нет. Когда я начинаю играть, я закрыт в своём мире.

2018.03.09_jan_bokzczhanin_2

Фото: bokszczanin.pl

Сердце музыку услышит…

- Как вы считаете, органная музыка – для широкого слушателя? Или это всё же что-то элитарное?

- Зависит от того, где мы находимся. Если в России, то это очень широкой круг, потому что орган здесь – диковинка, экзотика. А если я выступаю на Западе Европы, там иногда получается, что я играю для пятерых-десятерых человек. В Польше проходит много фестивалей органной музыки. Слушатели находятся. Так что, думаю, она не так уж не популярна.

- Нужно ли развивать это направление?

- В Астрахани, насколько я понял, спрос есть. В таком случае, может быть, и нужно. Потому что есть те, кто понимают эту музыку, углубляются в неё. Она ведь намного старее, чем рояльная. Это основа. Орган, как говорится, король инструментов. В нём очень много возможностей, он очень красочный. Он – целый оркестр.

- Как правильно слушать орган?

- Думаю, любую музыку надо слушать сердцем. Чем больше слушаешь, тем более чувствительным и восприимчивым к ней становится сердце. Нет большой разницы – слушать скрипку, или фортепиано, или орган. Если слушать классическую музыку, то интерес появляется сам по себе.

- Произведения каких современных органных композиторов вы бы посоветовали?

- Я очень люблю Софию Губайдулину, Арво Пярта и Эдисона Денисова, если мы говорим о композиторах, которые выехали из России. Из современных органистов я люблю очень Жана Ланглэ, Оливье Мессиана. Если это, конечно, можно назвать современностью: ведь они наследники романтической органной французской школы.

2018.03.09_jan_bokzczhanin_3

Фото: ozorkow.net

Ошибка маэстро

- Какие композиторы ваши любимые в плане исполнения?

- Для меня три гения – Бах, Моцарт и Шопен. Правда, Моцарта и Шопена приходится очень редко играть. Шопен – считаю, что никакое органное переложение не годится, это исключительно фортепианная музыка. Моцарт написал для органа не так много произведений, тем не менее, я очень люблю его играть. А мои любимые композиторы – Иоганн Себастьян Бах и Сезар Франк.

- Пишите ли вы музыку сами?

- Я отличный органист, и когда я вижу, что итальянец пишет в своей биографии, что он пианист, виолончелист, органист, композитор и дирижёр, мне просто смешно. Если кто-то музыкант, занимается органом, он должен заниматься только органом. Потому что туше совсем другое: если меня за фортепиано посадить, я бы его разбил.

- Тем не менее, у вас был опыт написания музыки. Причём отмеченный наградой. Нет соблазна продолжить?

- Да, я совершил одну такую ошибку. Мне позвонил мой знакомый из средней школы и сказал, что если я ему не напишу музыку к фильму, ему никто не напишет, потому что у него нет денег на это. Я как-то поработал над собой. Решился, сделал. Сюрпризом стало то, что я получил первый приз на фестивале в Сингапуре в номинации по киномузыке. Не знаю, как сложится творческая судьба дальше, но больше я этого делать не намерен. Я лучше позанимаюсь на органе. Думаю, больше пользы будет.

2018.03.09_jan_bokzczhanin_4

Фото: medk.cz

Инструмент с историей

- С чего начался ваш интерес к органу? Что определило ваш творческий путь?

- Когда мне было семь лет, пошёл в костёл на концерт Иоахима Грубиха (впоследствии он стал моим профессором, я учился у него). Послушав концерт, решил, что буду играть на органе. Знал это, ещё обучаясь игре на рояле: с самого начала, с детства, играть на органе не желательно, потому что ребёнок маленький, не достаёт до педалей. Лучше – со средней школы. Потом – колледж, консерватория. Но и этого недостаточно, чтобы освоить игру на органе. Надо как минимум три-четыре года заниматься за границей на стажировках.

- Немного о самом инструменте. Часто акцентируют внимание: орган такой-то марки, выпущен столько-то лет назад (оказывается, что ему сто, двести лет). Возраст органа – это важно?

- Это очень важно, что у органа есть история. Потому что XX век получился таким, что люди придумали, что они сделают орган универсальным, чтобы он играл и барочную, и романтическую музыку. Это, конечно, неправда. Романтическая музыка звучит лучше всего на романтическом органе, барочная музыка – лучше всего на барочном. Это нельзя соединять.

- В Европе в храмах установлены органы, так что концерты часто проходят прямо там. Вы сами играли даже в знаменитом Нотр-Дам де Пари. Есть ли разница – играть в храме, или в концертном зале?

- Это огромная разница. Потому что акустика играет в органной музыке очень серьёзную роль. Это совсем другой концерт. Поскольку у меня много опыта по России, по разным городам в филармониях, я могу прийти и сыграть в концертном зале. Но это, конечно, совсем другие темпы, совсем другое ощущение. Это другой вид музыки.

- А в эмоциональном плане как это ощущается – играть в храме?

- Я слишком много занимаюсь в храме. Я даже не задумываюсь над этим. Если я на мессе, чувствую себя как на мессе. Если играю концерт, я просто занимаюсь музыкой.

Поляк не обидит русского

- Расскажите, пожалуйста, о вашей научной, преподавательской деятельности.

- Я работаю заместителем декана, являюсь профессором Варшавской консерватории. Сейчас у меня шестеро учеников. Из тех, кто после обучения прославился, отметил бы пятерых человек. Они очень занятые люди, продолжают своё развитие в Бельгии, в Голландии. Поэтому навещают редко. Но я не обижаюсь, я не строгий учитель, всё понимаю.

- А ваша книга?

- Я написал историю русской органной музыки, поскольку такой книги не хватало в России. Это обширная монография, которая уже начинается с Киевской Руси. Оказывается, русские композиторы написали очень и очень много органной музыки.

- Вы из Польши, но у вас астраханские корни. Вас слушают и россияне, и европейцы. Можете назвать себя человеком мира? Как относитесь к нынешним не очень позитивным политическим событиям?

- Вы знаете, я политикой не интересуюсь. У меня подход к людям всегда добрый, я стараюсь быть добрым честным человеком, и этого достаточно, чтобы у меня не было каких-то больших серьёзных проблем. А политики пусть занимаются своей политикой – это их дела. Я могу сказать только, поскольку отношения Польши и России в политическом плане плохие: ни один поляк не обидит русского человека, и ни один россиянин не обидит польского человека, потому что мы все просто славяне, и мы понимаем друг друга очень хорошо. И будем понимать. Люди доброжелательные. И люди, конечно, не имеют никакого отношения к политической сфере. В культурной сфере нет препятствий.