О вопросах межрелигиозного мира и укрепления духовно-нравственных традиций студентам и состоявшимся специалистам рассказала заведующая кафедрой истории России РУДН, ветеран боевых действий Елена Кряжева-Карцева. Лекция состоялась в рамках проекта «Просветительский университет», организованного Российским обществом «Знание» совместно с АГУ им. В. Н. Татищева и администрацией губернатора Астраханской области, на вузовской площадке «Точка кипения». Федеральный эксперт приехала в Астрахань сразу после командировки за «ленточку» и начала беседу с аудиторией с того, почему в окопах нет атеистов.

С Богом – в бой

- Елена Валерьевна, какие у вас впечатления от работы с бойцами в свете обозначенной темы лекции?

- На передовой нет проблем с межэтническим и межконфессиональным взаимодействием. Я часто бываю в группировке «Восток», там есть блиндаж, где встречаются представители всех конфессий, совместно служат, решают вопросы окормления бойцов. Настоящее братство. В группировке «Юг» чаще всего можно встретить бойцов из Астрахани, а Астрахань – это больше ста национальностей. В группировке «Центр» тоже есть многонациональные подразделения. Находясь между жизнью и смертью, Богу молятся все, все видят грань и осознают, зачем пришли в этот мир.

Эксперт рекомендует прочитать: «Камо грядеши» Генрика Сенкевича – книга, которая очень сильно меняет мировоззрение (её Елена Валерьевна часто рекомендует бойцам СВО, закупает и привозит на позиции); «Братья Карамазовы» Фёдора Достоевского – роман вскрывает понятие «святость»; «Я полюбил страдание» Луки Крымского (Войно-Ясенецкого) – автобиография, которая научит ко всему в жизни относиться оптимистично.

- Какова задача тех, кто в тылу?

- Быть такими же крепкими, как они там, на передовой. Потому что ребята задают в том числе этот вопрос: мы-то крепкие, а там, на «материке», все такие? Ещё бойцы очень любят викторину по символам традиционных конфессий нашей страны: какие-то узнают сразу (у некоторых православных из числа военнослужащих на машинах есть древний христианский ихтис, символизирующий Христа), над какими-то задумываются. Многие почитают святых. Например, святая Варвара, убитая собственным отцом за отказ выйти замуж за язычника во времена гонений на христиан в Римской империи, – покровительница РВСН, хранителей нашего ядерного оружия. И абсолютно всеми почитаем Георгий Победоносец, при этом бойцы думают, что это наш русский святой, и с удивлением узнают, что он был римским легионером.

Повенчаться с этим миром

- У вас есть свой способ, чтобы объяснить по-простому, на пальцах что такое вера?

- Есть люди верующие, которые говорят: «Бог есть». Есть неверующие, которые говорят: «Бога нет». А есть третья категория, с которой очень сложно работать, это так называемые религиозные маргиналы. Это люди, которые говорят: «Бога нет, но я гороскопы читаю». Бойцы очень любят и хорошо понимают одну развернутую аналогию, которую я привожу. Верующие – это люди, которые, если проводить параллели с православной традицией, повенчались с миром, они отвечают за него и здесь, и перед Богом. Атеисты заключили брак с миром в ЗАГСе, они отвечают до четырёх гвоздей – после меня уже нет. А третья категория живёт с миром в гражданском браке. Они сожители на этом свете, потому что позиция такова: «Я возьму то, что мне надо, но отвечать ни за что не буду». Религиозным маргиналом удобно быть, когда ты не в экстремальной обстановке. Ты просто тащишь лучшее себе и ни за что не отвечаешь. Но в экстремальной обстановке, особенно на войне, когда ты решаешь вопросы жизни и смерти, вопрос ставится очень четко: либо ты веришь, либо нет.

- Какие аргументы вы обычно приводите, беседуя с людьми неверующими?

- Один маленький совет (это очень хорошее слово – именно совет, не лайфхак) мне подарил архимандрит Сильвестр. Это уникальный человек в нашей стране, он окормляет «Альфа» ФСБ – спецподразделение, выполняющее сложнейшие задачи, люди там служат сердцем и всей своей жизнью. Я ему как-то задала вопрос, как разговаривать с людьми неверующими, с религиозными маргиналами. Он ответил: «А ты так говори. Вот у вас вера, что нет Бога. У нас вера, что он есть. И у вас вера, и у нас вера. Рационально доказать невозможно. Но наша вера более оптимистична. Потому что она даёт понимание, что мы живем вечно, что после смерти – большая-большая жизнь. Второй момент – мы, попав туда, встретимся с теми, кто уже ушёл из нашей жизни, а мы их любим и хотим с ними встретиться. И, самое главное, присмотрим оттуда за своими детьми, сможем за них у Бога попросить».

Что более оптимистично? Бойцы отвечают: здорово! И как раз по этим причинам становятся верующими. От ребят, ранее неверующих, много раз слышала: «Мне стыдно за то, что я над мамой смеялся, когда она ходила в храм. Стыдно, что не верил в Бога. Я здесь стал учить первые молитвы, потому что увидел, как на самом деле Господь ситуацию управляет». И тут неважно, к какой конфессии человек относится.

Каждый – уникален

- На ваш взгляд, за что Россия борется и часто страдает в плане международных отношений?

- Россия последовательно на протяжении нескольких лет отстаивает право на другой взгляд на историю. Не одно столетие нам навязывали формационный подход: есть народы более эффективные и менее эффективные, критерии эффективности устанавливали авторы трудов, которые говорили о том, что все цивилизации должны пройти одинаковые стадии развития. Современный исторический подход настаивает, что каждая цивилизация уникальна. Когда вам кто-то скажет фразу, что Россия от кого-то отстаёт, не верьте. Отставать можно, когда стартовал с одной точки в одно и то же время. А когда у нас цивилизация только 1 000 лет назад начала складываться, говорить о каком-то отставании некорректно. Да мы вообще лидеры по многим направлениям!

- Например?

- В Российском университете дружбы народов представлено 165 стран. Иностранцы прямо говорят, что мы уникальны и очень богаты. И речь не только о ресурсах. Речь о душе. То, что по всей стране стоят храмы, – это ли не богатство? При этом у нас уникальная культура. В России метакультурная модель, в которой сохраняются особенности каждой культуры. У нас везде свой колорит. Взять Астрахань: портовый город, который открывал путь «из варяг в персы» и давал выход на Великий шелковый путь. Но при этом мы прошиты едиными смыслами. Ни для кого не секрет, что православие является государствообразующей религией. Мы все соблюдаем законы Российской Федерации, а их базовой основой ещё со времен Ярослава Мудрого, Ивана Грозного, Российской империи является религиозное право: не убий, не укради, почитай отца и мать свою. Эти ценности – минимум любви, закрепленный законодательно. При этом мы с вами знаем, что это действительно минимум любви. Потому что человек, который живет в России, требует максимум. Что ещё удивляет иностранцев? В России мало совершить поступок – его надо совершить от души. Не формально. И мы сами чувствуем, если не докрутили. И в глубине души не можем быть довольны собой. А когда с сердцем подойдёшь, сам себя хвалишь: молодец! Духовность для нас очень важна. О связи с духовным началом говорит сама символика нашей страны. Например, архитектура сердца страны, Красной площади со Спасской башней в честь Христа Спасителя и храмом Василия Блаженного – на самом деле собор Покрова Пресвятой Богородицы, что на рву (значит, что Богородица защищает Россию).

Душа, проснись!

- Что ещё объединяет нас, россиян?

- Как в исламе и буддизме, так и в православии почитаются святые. И это особенно важно подчёркивать при работе с многоконфессиональными подразделениями. А что такое святость? Это сложное понятие. Оно говорит о том, что перед Богом мы можем отчитаться только делами. Причём делами какими? Добрыми. Дела без любви Богу не нужны. Мерилом качества дела является любовь. Если ты сделал доброе дело, лишь бы отвязались, – не зачтётся. Нужно, чтобы человек всегда действовал осмысленно.

Что в этом плане говорят святые? Если ты что-то делаешь без любви, то хотя бы задумайся, почему Бог тебе это дело дал. Значит, он видит, что твоя душа может проснуться через него. Каждому же свой крест. Это один из моментов, которому учили святители. Главный смысл нашей цивилизации в любви, мы спасали и спасаем от расчеловечивания.

- Можете проиллюстрировать этот тезис?

- Президент США Дональд Трамп весь год хвастался, что США выиграли Вторую мировую войну. Если говорить о деньгах, кто больше всего заработал на войне, конечно, победила Америка. Впрочем, больше всего она заработала и на Первой мировой. А что касается Второй, то мы за лендлиз, который получали в 1941-1942 годах, закрывая всего 7% наших потребностей, долги выплачивали до 2006 года. Вывод какой? У этой цивилизации главная ценность – деньги. Что на другой чаше весов? Всю Вторую мировую войну мы помогали Польше. 660 тысяч солдат полегло во время её освобождения. Освобождали концлагеря. Оказывали материальную помощь, техническую, офицеров лучших отдали в Войско польское. У нас много бойцов с наградами и польскими, и Красной армии. После Победы звонок Иосифу Виссарионовичу Сталину: сколько мы вам должны денег? Он ответил: «Мы на крови союзников не зарабатываем».

К истокам

- Какие были ещё важные вехи в становлении православия как государствообразующей религии?

- На протяжении многих веков Россия боролась за сохранение именно православного христианства: 1054-й – год окончательного разделения на православие и католицизм. В XIII веке Александр Невский, особо почитаемый в наших войсках (несколько подразделений носят его имя), совершил важный цивилизационный выбор. А суть его была вот в чём: подчиниться папе римскому в обмен на защиту от татаро-монгольского нашествия или же попасть под иго, но сохранить свою веру? Ориентир на запад или на восток? Он выбрал восток, который веры нашей трогать не собирался. Благодаря этому сразу после начала выплаты дани в Сарай-Бату стала складываться епархия православной церкви. Очень важно было сохранить именно веру православную, которая легла в основу законодательной базы, в основу будущей прошивки цивилизации и впоследствии стала опорой для борьбы с игом. У нас много культур, но они все скреплены единым русским языком, который нас связывает, и нравственно-моральными основами, которые вышли именно оттуда, из православия.

- Насколько близки были взаимоотношения между конфессиями в Российской империи? Есть об этом интересные свидетельства?

- В те годы очень активно бойцы разных подразделений награждались Георгиевским Крестом – наградой в честь Георгия Победоносца. На одной стороне был герб Российской империи, на другой – изображение Георгия Победоносца как особо почитаемого святого. Для мусульман стали изготавливать специальный вариант награды с гербом с обеих сторон. Что написали солдаты императору Александру III? Смысл был такой: пожалуйста, вручайте нам такой же крест, как православным, – мы тоже хотим, чтобы у нас любимый джигит был на награде. Такая интерпретация. Это говорит о том, что народная молва и народный подход к вере далеки от теологических изысков, жёстких границ. Люди, если живут вместе, будь то боевое подразделение или поселок, всегда могут построить нормальные человеческие и межконфессиональные отношения, никаких проблем нет. Тем более в нашей мультикультурной стране.

- Какую роль вера, религия сыграли в годы Великой Отечественной войны?

- В первый же день к народу обратился местоблюститель Сергий. Посыл был таким: страна стоит перед лицом испытания не на жизнь, а на смерть, и ради Победы мы должны простить все обиды, долги и сплотиться. Сколько у отца Сергия было расстреляно друзей, сколько сидело в застенках… И он нашёл в себе силы сделать важный призыв: быть с государством вместе ради решения задач Победы. Практически сразу Иосиф Сталин легализовал все конфессии, разрешив им открыть счета. Верующие собирали деньги на помощь Красной армии. Среди ярких примеров – полностью на пожертвования православных были построены танковая колонна «Дмитрий Донской», авиационная эскадрилья имени Александра Невского. В 1943 году состоялся церковный собор, митрополитом был выбран отец Сергий. Он не дожил до Победы. Парад в июне 45-го прошел уже при митрополите Алексии I, в свое время окормлявшем блокадный Ленинград. Многие священнослужители прошли войну как простые солдаты. Самый почитаемый святитель времен Великой Отечественной войны – Лука Крымский или Войно-Ясенецкий. Будучи врачом, он получил Сталинскую премию за книгу «Очерки гнойной хирургии» – труд, актуальный и ныне. Он написал Сталину из ссылки с просьбой отправить его на передовую и с обещанием вновь вернуться в лагерь после Победы. Во время войны два года жил в Тамбове, оперировал в госпиталях, позже жители выкупили дом, сделали из него музей. Мощи Луки находятся в Симферополе, и наши бойцы не упускают возможности к ним приложиться. Там же находится крупный военный госпиталь. У мусульман есть свои почитаемые подвижники времен Великой Отечественной войны. Все конфессии продемонстрировали единство и – самое главное – государство осознало, что без веры не может жить человек в этом мире. Подвиг ковался всеми конфессиями, все понимали, что идёт борьба со злом.

Страдания отрезвляют

- За какую грань в историческом развитии государства нельзя переходить?

- Есть мнение, что Третий рейх был создан от безысходности, что Германии нужно было пространство для развития. И это вроде как оправдывает развязывание войны. Но есть вещи, которые в истории непозволительно делать. Какие были концлагеря Третьего рейха? Лагеря смерти: Бухенвальд, Освенцим. Трудовые при заводах, фабриках: туда молодёжь угоняли днями и ночами работать. И, наконец, самые страшные – для детей, где выкачивали кровь. Дети как одноразовые доноры. В том числе были методы экстренного выкачивания крови совершенно жуткими и жестокими способами. Документы есть у нас в архивах. Мы в ходе Второй мировой войны в целом и Великой Отечественной как её составной части победили абсолютное зло. Потому что убивать детей нельзя. Точка.

- Как получилось, что в какой-то момент мы потеряли свои ценности?

- Это произошло неслучайно. Предыдущие 30 лет, когда разрушалось советское государство, по сути, нас лишали памяти об исконных ценностях: целомудрие, уважение к противоположному полу; жить на свои трудовые деньги, а не наворованные; здоровый образ жизни, потому что тело нам дано, чтобы мы не разбрасывались им, а сберегли, потому что у нас задач много в жизни. Подменили на какие ценности? Живи одним днем.

Но самый сложный период – XX век. В 20-30-е годы шло уничтожение всех конфессий, хотя люди, как могли, старались сохранять свою веру. Шестидневная рабочая неделя с одним выходным была сделана для того, чтобы не получалось отправлять свои духовные потребности, как и закон о снятии колоколов (якобы перезвон мешал трудящимся спать) и закон об изъятии мощей всех конфессий. Однако 1941 год всех отрезвил, и в первую очередь – государство. Но пришёл «воинствующий безбожник» Никита Сергеевич Хрущев, который мечтал показать последнего попа по телевизору. Это нанесло огромный удар по менталитету, многие выросли в полностью атеистических семьях.

Война бывает разная…

- Для чего мы приходим в этот мир, согласно религиозной парадигме?

- Чтобы познать разницу между добром и злом, чтобы через уроки жизни стать настоящими людьми, чтобы научиться правильно поступать в критической ситуации, выбирая добро. А не зло. Понимание, что есть добро и зло, – важная точка, скрепляющая все конфессии. И это хорошо понимают бойцы, а также люди, которые находятся в пунктах временного размещения. Это люди, которые потеряли все. Как разговаривать с таким человеком? Мы возвращаемся к первоначальному замыслу: есть четыре вида зла, с которыми человек должен столкнуться, чтобы усвоить урок.

- Какое зло самое тяжёлое?

- Первый вид – предательство во всех вариантах: и когда тебе кости за дверьми перемывают, и когда тебя подставляют. Кстати, убийство – тоже предательство. Это предательство человеческой личности, предательство любви. Второй вид зла – болезнь. У меня есть знакомый боец, дважды ампутант, и он все равно на передовой. Первый раз ему ампутировали стопу без обезболивающего. Он сказал тому, кто оказывал помощь: «Режь, я потерплю». Третий вид зла – принятие своего возраста. Четвёртый вид зла – война. Война не только внешняя. Её так или иначе в этой жизни проходят все: кто через уплату налогов, которые идут в том числе на решение задач обороны страны, кто через непосредственное участие в боевых действиях. Историки собрали всю информацию со времен зарождения письменности и выяснили, что человечество не воевало всего 200 дней за всю историю. Всё время человечество воюет… Война – это важнейшее испытание. Понять: кто ты на войне? Но самая страшная война – внутри себя. В православии её называют бранью с бесами, когда совесть становится связью с Богом.

Только семь вопросов

- Когда же мы выздоровеем?

- Этот этап сейчас идет. Воплощается удивительный сюжет, о котором говорили в свое время старцы: «Наступят такие времена на Руси, когда птенцы будут кур в церковь водить».

Что стало катализатором? Страна вновь вынуждена бороться со злом. Во время мобилизации один из бойцов попросил: «Елена Валерьевна, скажите что-нибудь такое, чтобы всегда эту историю вспоминать и не бояться». Я ответила: «Как вы думаете, Иисусу было страшно, когда накануне своего ареста он сидел в Гефсиманском саду? Он знал, что Иуда продал его за 30 сребреников, что на следующий день все его ученики от страха будут говорить, что они его не знают, что он примет муки и страшную смерть. Он спрашивал у отца, у Господа Бога: за что? Можно ли этого избежать? А в ответ – тишина. И он сказал: «Я принимаю волю Твою как свою». Если вам Господь дал такое испытание, крест, значит, он в вас видит людей, которые через это могут к нему прийти». Мы можем снять крест. Есть люди, которые так и поступили, уехав за границу. Но, как говорят монахи, за каждый снятый крест Господь дает два креста, которые человек уже не снимет никогда, то есть не сможет избежать.

- Какое качество должно быть главным для выздоровевшей нации?

- Совесть. У атеистического общества нет духовных целей. И светское общество в итоге становится обществом потребления. Транснациональные корпорации заинтересованы именно в таком обществе. До революции, знаете, без чего не брали на работу православного человека? Без справки о последнем причастии. Это главное действие, которое свидетельствует о том, что человек «прилепился» к Богу. А Бог, как говорил апостол Пётр, будет задавать всего семь вопросов: исповедовал ли ты меня, кого ты накормил, кого напоил, кого одел, кому дал крышу над головой, кого посетил в больнице, кого – в темнице?